***
Обком звонит в колокол, предали нас анафеме.
Нет хорошего русского, но мы в натуре ужасные русские.
Типа как римляне, ущемляющие этрусков.
Сорян, не потрафили.…
Обком звонит в колокол, предали нас анафеме.
Нет хорошего русского, но мы в натуре ужасные русские.
Типа как римляне, ущемляющие этрусков.
Сорян, не потрафили.…
Ребенок прячется, но смотрит из-за штор,
Куда летит, не прилетело чтоб,
Как будто шторы — это одеяло,
Которое спасает от ночных
Чудовищ, пробирающихся в сны,
Как будто никого тут не стояло.…
Сказали: не говори — баба.
Плохое, некрасивое слово.
Но любым другим меня обозначить — слАбо.
Я же не девка, замужем была, чего тут такого.…
Серёга из Москвы вообще приехал.
Все время ржёт, да так, что будит эхо,
На стареньком раздолбанном УАЗе.
Нам нужно всем — полет и чуть тепла.
Серёга возится с БПЛА.
Считай, мечта сбылась, хотя не сразу.…
Спи, детёныш милый мой.
Это ночь перед войной.
Двадцать первого июня
Чисто голову помой.
…
Первому двадцать, второму сорок, отец и сын,
Русые русаки среднерусской тверской полосы,
Цветное фото; не рыдай мене, Мати,
Зрящи во гробе: смерть была прежде.
Оба неправильно держат свои автоматы.
Ну кто их так держит.…
Старики не пахнут, у них исчезает запах.
Пахнет комната, пахнет постель, но они — невесомы,
Словно бабочки-однодневки на тонких лапках,
Словно морок перед будильником, лёгкий, сонный.…
Спрячу секретик, отрою после войны.
Будет цветок земляники под Лисичанском,
Гильза, обрывок бинта, отражение луны.
Маленьким, маленьким будет — а станет гигантским.…